Homo Faber vs Animal Laborans: труд за пределами функциональности

Статья посвящена анализу антропологической трансформации труда в условиях позднего модерна и алгоритмической гувернментализации через оппозицию animal laborans и homo faber. Исходя из онтологической критики труда, разработанной Х. Арендт, показано, что современные цифровые и управленческие режимы радикализируют логику animal laborans, формируя тип субъекта, лишенного доступа к натальности как способности начинать, к событию как разрыву с имманентным порядком и к традиции как живой структуре передачи смысла. Алгоритмическое прогнозирование и превентивное управление трансформируют труд в воспроизводственную и функциональную активность, в рамках которой новизна симулируется, а будущее оказывается заранее определенным. В качестве альтернативной антропологической перспективы статья обращается к фигуре homo faber, переосмысляя ее в диалоге с русской религиозной философией. Анализ концепции труда у С. Н. Булгакова позволяет интерпретировать труд как софийное событие, восстанавливающее единство субъекта и объекта и укорененное в традиции как герменевтическом процессе. Философия творчества Н. А. Бердяева радикализирует эту линию, трактуя натальность как дар благодати жизни, а творчество как теургическое событие, вводящее в бытие подлинную новизну. Тем самым религиозная философия С. Н. Булгакова и Н. А. Бердяева открывает труд как духовно-нравственное основание русской культуры, обеспечивающее связь личности с традицией, передачу смысла и способность к подлинному творчеству. В результате homo faber предстает не как субъект, встроенный в имманентную логику производственной необходимости, а как субъект начинания, события и передачи традиции как живой структуры смысла. Статья обосновывает, что реабилитация труда как формы творческого действия позволяет выйти за пределы алгоритмически управляемых моделей субъективности и восстановить событийное и историческое измерение человеческой деятельности, предлагая критический ресурс для осмысления и преодоления антропологического кризиса позднего модерна.